обложка ЦАРЬ ПРИРОДЫ

автор

титул ЦАРЬ ПРИРОДЫ

заголовок ЦАРЬ ПРИРОДЫ

ГЛАВНАЯ

ПРОЗА

ПОЭЗИЯ

ГРАФИКА

ДЕТСКАЯ

ФОРУМ

 

 

«ЦАРЬ ПРИРОДЫ»

(сборник стихов)

 

СОДЕРЖАНИЕ

"За бурным плеском волн сознанья..."

 Художник

 Осень

"Над водой усталость. Плачут ивы..."

"Однажды, в студёную зимнюю пору..."

 Шум моря

 Комплимент

 Мороз

"Небо цвета индиго..."

 Каприз

"Снег рассыпает умиротворённость..."

"Весна коснулась лика спящего Европы..."

"Свет солнечный набрался нужной силы..."

"Пусть солнце нам подарит..."

"Какое небо голубое..."

"Мне позволяет мир судить..."

"Под шум урагана ночного..."

"Озёра здешние осколками зеркал..."

"Цветы в кружевных занавесках..."

 Греция

"Лето словно бы отступает..."

"Гидрометеоцентр обещал холода..."

"Надоела мне виртуальность..."

"У меня ведь солнечный удар..."

 Лесной цветок

"Ничто так не печалит, не гнетёт..."

"Я плохая хозяйка: мне скучно и жалко..."

"Над миром небо рушится..."

"Рано утром в росах травы..."

"Лето медленно, но уходит..."

"Маятник качается..."

"Открытые святые небеса..."

"Могу писать неинтересно..."

 Щенок

 Некрофилия

"Творить в соавторстве с природой..."

"Нового тысячелетия первое лето..."

"Поиски смысла, поиски истин..."

"Ветер, как варвар жестокий..."

"Такая лень разлилась в доме..."

"Горизонт внезапно вспыхнул..."

"А что тут скажешь, если небо..."

"Над землёй гуляют ураганы..."

"Как поздно всходит Солнце..."

"Когда в душе полнейший хаос..."

"Прошлое горе как вязкая масса..."

"Мы — дети железного века..."

 Ремонт

"С ума сошёл ветер..."

"Кто-то измучился от одиночества..."

"Хорошо, когда всё работает..."

"Здесь вам не Канары..."

"Нет ничего слаще запаха этого..."

"Кроны яблонь цветущих звенят"

"Маленькое сердце в часах..."

 Рифмованные танки

"Бог повернулся к миру задом..."

"Мир лихорадочно борется с возрастом..."

 Царь природы

"Зима как весна, весна как зима..."

 

 

СТИХИ

 

                       *  *  *

За бурным плеском волн сознанья,

Там, где-то в глубине меня,

Хранится подлинное знанье —

Хранится истинное "Я".

      Хочу к нему я прикоснуться,

      Почувствовать его сама,

      Но мне мешают повернуться

      Хитросплетения ума.

 

      ХУДОЖНИК

Солнце — великий художник —

Кистью рисует златой,  

Светом своим не возможным

Красит весь мир под собой.

И не оттачивай сколько

Плод мастерства своего —

Нам остаётся лишь только

Копии делать с него.

Это совсем не случайно:

В этих волшебных лучах

Непостижимая тайна,

Что не расскажешь в речах.

 

      ОСЕНЬ

Вас радует разлив реки весной,

Когда цветы и лица расцветают?

А может быть, вы больше счастливы зимой,

Когда мороз свой иней рассыпает?

      Кого-то радует июньская жара,

      Когда огонь находится в зените,

      А мне вот нравится осенняя пора —

      Прекрасна осень, что не говорите!

Нежданно время цвета солнца вдруг

Начнёт переливаться, золотиться,

А птичьи косяки потянутся на юг —

В отличие от нас им надо торопиться.

      А люди всё спешат, куда-то там бегут —

      Кружатся в бытовом круговороте.

      Об осени их спросишь — так они солгут,

      Что некогда болтать им о природе.

Лишь интересно: будет завтра дождь

Или опять улучшится погода...

Прогнозы пунктуальные — что с них возьмёшь! —

Не видят, как прекрасно это время года.

      Вот жёлтый лист упал вам на плечо —

      От осени письмо — его храните:

      Ладони ваши обжигая горячо,

      Развеселит вас, если загрустите.

В беспечном вальсе кружится листва,

Как смерч, местами уносясь в безвестность.

Трава желта, но всё ещё густа;

В тумане тонет сонная окрестность.

      Проходит осень быстро: коротка

      Жизнь у её волшебной яркой краски.

      Деревья красотой напьются в полглотка,

      И опьянев, зимы наденут маски.

Опять дождя капризные черты

На стёклах окон нарисуют слёзы:

В руках прохожих расцветут зонты,

Опустят листья ивовые лозы.

      В камине пламя заиграет угольком,

      По лету птицы в небе справят тризну.

      И ум философа допустит ум мельком:

     "Вот так ко всем приходит осень жизни..."

 

                         *  *  *

Над водой усталость. Плачут ивы —

Слёзы жёлтые летят, летят, летят.

В небесах осенние мотивы

Серые узоры мастерят.

      На дорогах пятна листьев; лужи

      Переходят в водяную сталь.

      День стал тише, молчаливей, ýже,

      Наводя на всех дождём печаль.

Тихого и лёгкого звучанья

Ноты убаюкивают лес,

На миру лежит печать молчанья,

Исходя из глубины небес.

      Не врываясь — медленно, неслышно —

      Входит осень в каждого из нас,

      Желтизной своей от мыслей лишних

      Увлекает в разноцветный вальс.

 

                         *  *  *

Однажды, в студёную зимнюю пору,

Решил кто-то праздновать года конец.

И все подхватили идею ту хором —

Так весело от серпантина колец.

      Вот в бешеной пляске кружатся снежинки,

      Декабрь серебристый под небом лежит.

      Невидны для глаза кристаллов пружинки —

      Сквозь снежный туман свет как утром брезжит.

Но к вечеру всё успокоилось. Плавно

Ступает король всевозможных теней:

Он временем правит — движением главным

Всей жизни в течение множества дней.

      Прорвавшись сквозь звёздные сети, что снова

      Расставила ночь, чародея ловя,

      Увидел деревья в хрустальной обнове,

      Где каждая ветка блестит, как змея.

На снежной равнине всё враз оживилось:

Посланницы Севера вспыхнули вдруг;

Холодным огнём вся пустыня разлилась —

Магически искры блистают вокруг.

      Законы небесного мира позволят

      На Землю к сестре опуститься Луне,

      И с завистью взглядом планеты уколют

      Наездницу ту на волшебном коне.

Как зеркало небо ночное, и в глади

Его нераскрытой и тайной пока

Король темноты, в небеса долго глядя,

Все звёзды упрячет в волшебный бокал.

 

      ШУМ МОРЯ

Вспоминаю беспечные годы

И по физике школьный урок:

Объяснял нам тогда педагог

Суть различных явлений природы.

Кто-то раковину приволок,

Что жила раньше в царстве подводном.

      В ней звучит шум морей сине-сказочных,

      И крик чаек над берегом красочным.

 Оказалось, что это не море,

 А шумит наша кровь в головах,

 Разгоняясь в сердечных волнах,

 Отражаясь во внешнем просторе...

 Как всё просто и слёзы в глазах:

"Ах, как жаль, что шумит там не море!"

      А усиленный звук циркуляции

      С элементами эхолокации.

Я не верю в науку сухую,

Море слушаю в этой тоске:

Там старик на прибрежном песке

Кличет рыбку свою золотую,

Там Нептун правит бурю морскую,

И меня вызывает к доске...

      Вмиг пропал мой старик вместе с неводом.

      И плетусь я на место с "неудом".

 

      КОМПЛИМЕНТ

"Твои глаза как озеро Лох-Несс", —

 Сказал один случайный мне прохожий.

 Смотрю на карту - вовсе не похоже,

 Тем более: живёт в нём некий бес.

      Но комплимент сей, словно звук литавр,

      Хорошее внушает настроенье:

      Глаза мои — прекрасное творенье,

      Пусть даже в них сидит и динозавр.

 

      МОРОЗ

Вся зима — то слякоть, то дожди,

Но февраль нежданно вдруг принёс

Перед сменой на весну почти

Настоящий русский наш мороз.

Затрещал, заухал, засверкал,

Разогнал народ весь по домам.

Глядя из колодезных зеркал,

Говорит: "Воды я вам не дам!".

Пристаёт на улице ко всем —

Щиплет щёки иногда до слёз —

Разгулявшись, обнаглел совсем:

За уши хватает и за нос!

Ложными алмазами в снегах

Манит хоть кого-то погулять:

Кто сумеет побороть свой страх —

Смелости тому не занимать.

Дым столбом валит от белых крыш

К небесам, где солнце с каждым днём

Выше всё и вскоре, поглядишь,

Выгонит мороз своим огнём.

Он пока хохочет и поёт,

Снежный шарф набросил на леса,

Инеем присыпал гололёд,

Блеском снега ослепил глаза,

Перекинул ледяной свой мост

С берега на берег у реки.

Хорошо, когда в такой мороз

В доме щи есть, чай и пироги.

 

            *  *  *

Небо цвета индиго

Ожидает луну,

И раскрытая книга:

В ней сокрыта интрига

Про чужую жену.

       Ранний вечер за чтеньем,

       Абажур над столом.

       Как хорош чай с печеньем,

       И беседа с почтеньем,

       И зима за окном.

 

      КАПРИЗ

Я буду ждать, когда весна

Растопит снег, согреет землю —

И снова станет даль ясна,

И холод больше не приемлем.

      А стоит лету всё объять —

      Начну скучать по снегопаду,

      И не хочу я объяснять,

      Зачем мне это будет надо.

 

                          *  *  *

Снег рассыпает умиротворённость —

Земные раны лечащий бальзам:

Во времени почуяв обречённость,

Он не предался до сих пор слезам.

      Звучание космических мелодий

      В падении медлительном его:

      В таком потустороннем хороводе

      Нельзя услышать больше ничего.

И в этом непрерывном созерцаньи,

Влекущем за собою как гипноз,

Уж не видать холодного мерцанья,

И не пугает никакой прогноз.

      Померкнут скоро белые одежды

      В лучах светила раннею весной:

      Не заиграют искрами, как прежде —

      Сольются вместе с талою волной.

Колдун зимы пока уйти не может,

Преемника в искусстве не найдя:

По вешним водам путь себе проложит

Среди мелодий первого дождя.

 

                         *  *  *

Весна коснулась лика спящего Европы,

Наполнив всё предчувствием себя.

Но вот уже растаяли сугробы,

А солнце рвётся к сердцу, глаз слепя.

      И каждый год она вот так приходит —

      Её все ждут, зима лишь не подаст руки.

      Поэты тоннами бумагу переводят,

      Ей посвятив хотя бы пол строки.

Но рифма хочет что-то новое добавить

К гигантскому запасу слов о ней —

В три месяца, что предстоит ей править,

Услышать в честь свою и дактиль, и хорей.

      И как бессчётны звёзды в поднебесье,

      Как неизвестны дни начала и конца —

      Она для всех волшебней и чудесней, —

      Поют о ней безумные сердца.

 

                           *  *  *

Свет солнечный набрался нужной силы,

И постучался ветер в каждый дом.

Вороны, что есть сил, заголосили —

Мой снеговик растаял за окном.

      Он превратился в ледяной комочек —

      Ему уже не хочется мечтать

      О том, что в ночь морозную цветочек

      Он сможет снежной бабе передать.

Зима, свою увидев уязвимость,

Погнала прочь непрошенных гостей,

Но не вернут уж непоколебимость

Ей бастионы снежных крепостей.

      Кому-то — смерть, кому-то — возрожденье

      Весна приносит в мир, который спал.

      Предшественнице дарит разрушенье,

      Магический свершая ритуал.

 

                 *  *  *

Пусть солнце нам подарит

Один хотя бы луч,

Своим огнём ударит

Из-за усталых туч.

      Купаясь в искрах звёздных,

      Нам птицы пропоют,

      Что рано или поздно

      В мир вновь придёт уют.

Опять весна вернётся

С небес в земное дно,

И шум листвы ворвётся

В открытое окно.

 

             *  *  *

Какое небо голубое,

Под ним — бескрайние снега!

Влечёт и манит за собою

Во льдах расколотых река.

      Внушает мне воображенье

      Приход тепла, приход весны.

      Наводит головокруженье

      Звучанье снежной тишины.

 

                  *  *  *

Мне позволяет мир судить

Моя духовная незрелость,

Наивно-напускная смелость

Смеяться колко и язвить.

В безумных искренних стихах

Вдруг поселилась обречённость

На высшей степени учёность,

И вместе с тем — незримый страх,

Что я так плохо знаю свет,

Что я так мало понимаю

И часто руку поднимаю

На окончательный ответ.

 

                   *  *  *

Под шум урагана ночного,

Чтоб время хоть как скоротать,

Законами царства земного

Я буду во сне управлять.

Так, лёгким руки мановеньем,

Даль вьюжная станет ясна:

Прогнав снежной бури мгновенья,

Вновь в мире наступит весна.

И ветер, штурмующий сосны

Как мачты чужих кораблей,

Вплетаясь в зелёные космы,

Фальцетом поёт мне о ней.

 

                       *  *  *

Озёра здешние осколками зеркал

Упали посреди лесов дремучих,

И для того теперь лекарств нет лучших,

Кто обновление душе своей искал.

      Нетронутой природы идеал

      Укутанный ковром цветов пахучих

      В воде играет множеством искр жгучих,

      Там преломляя солнечный накал.

Добычей для двухдневной икебаны

Подснежники тут не рискуют стать:

Их прячут в глубине своей туманы.

      Роса им дарит россыпи алмазов,

      А мне же вдохновенье для рассказов

      О том, как хорошо здесь побывать.

 

                     *  *  *

Цветы в кружевных занавесках

Гирляндами пышными вьются,

Сплетясь меж собой в арабесках,

В комфорте всегда остаются.

      За ними — окно, а в нём слякоть:

      Деревья застыли в тумане,

      А в почках весенняя мякоть

      Хранится как в тайном кармане.

Но скоро она развернётся

Прозрачным зелёным шифоном,

И солнечный свет разольётся,

Заполнив весь мир синим фоном.

      Границы его кругозора

      Увидеть не многим по силе.

      Он будет глядеться в озёра

      И реки с кувшинками в иле.

 

      ГРЕЦИЯ

Хорошо бы поехать в Грецию

И орехов грецких погрызть:

Там на солнышке буду греться я

И вести беспечную жисть,

Там в садах терпкий запах камфары

Будет голову мне кружить,

Стану пить я вино из амфоры

И с оракулом ворожить.

Где цвели сады Академии

Не устану бродить в мечтах...

В просветленьи иль заблуждении

Можно век прожить в тех местах.

 

                   *  *  *

Лето словно бы отступает

В этих нескольких майских днях,

Как черёмуха зацветает

В моих милых родных краях.

      Солнце в тучах сердитых скрыто —

      Редкий луч упадёт в окно, —

      И тюльпаны горем разбиты,

      Что не смотрит на них оно.

Но наполнен мир ароматом

На весь май царицы садов,

Осыпаются белым градом

Гроздья хрупких её цветов.

      Над домами плывёт, полями

      Этот запах, как чудный звон.

      Он не долго пробудет с нами

      И растает, как нежный сон.

 

                       *  *  *

Гидрометоцентр обещал холода,

Снегопад даже очень возможен.

До чего хорошо, что прогноз иногда

Как и все ошибается тоже!

      В небе нет ничего — только Солнце одно

      Абсолютную власть захватило.

      Средоточием пламени дышит оно:

      Новый день нам опять посвятило.

В детской памяти живо его божество,

Скрыто где-то в глубинах сознанья.

Воспевалось народом огня торжество

В древних сказках, былинах, преданьях.

      Много разных людей на планете живёт:

      Многим снег не знаком, многим — море,

      Но любой наблюдал звезды этой полёт

      В вечном, синем, бескрайнем просторе.

Вот о чём мне подумалось здесь и сейчас

Посреди сельдерея с петрушкой.

А из окон избы, что стоит против нас,

Пахнет свежепечёной ватрушкой.

      Самовар закипел, недовольно пыхтит

      И сверкает начищенным боком —

      Это Солнце на мир наш открыто глядит,

      Золотым отражается оком.

 

                    *  *  *

Надоела мне виртуальность

С её холодностью успешной,

С информацией вечно спешной,

Где важней всех рациональность.

      Призываю опять реальность,

      Чтоб построить в ней мир свой нежный,

      Полный тайн и немного грешный,

      И поверить в его фатальность.

Там услышать живое слово,

В том потребность есть у любого:

Сохранить в душе эту тропку.

      Электронных иллюзий зыбкость

      Исключает собою гибкость,

      В нас, как в роботах, ищет кнопку.

 

                    *  *  *

У меня ведь солнечный удар —

Солнце всё же царь, и нам нельзя

Долго наблюдать его пожар:

Мы его рабы, а не друзья.

      Я уже запуталась в словах —

      В жилах кровь ускорила свой бег —

      И пишу на нескольких листах

      Песню о прохладе горных рек.

И не вижу кавардак вокруг:

Кисти, краски, книги, мастихин.

Чувствую, как не хватает рук,

Чтобы записать свои стихи.

      Завтра тень с сознания спадёт —

      Можно будет снова загорать,

      Если дождь внезапно не пойдёт.

      Надо вот панаму только взять.

 

      ЛЕСНОЙ ЦВЕТОК

Три грани бутона лесного цветка

Напомнили стороны жизни,

Падение шёлкового лепестка —

О странном немом фатализме.

      Сны стали правдивей, дни стали длинней,

      Тепло веселит — дождь печалит.

      Теченье всё жёстче и всё холодней:

      Никак к берегам не причалит.

Лесная река свои воды несёт

В шум города вольным потоком,

И там, посреди мегаполисных сот,

Желает вернуться к истокам.

      А тут — шум листвы и бегущей воды,

      Закат в небесах полыхает;

      Росою покрылись лесные цветы,

      И сумерки благоухают.

"Зачем ты уходишь? — мне шепчет цветок, —

 Здесь тихо, легко и беспечно.

 Ты так одинока и я одинок:

 Останься со мною навечно".

      Но вечность цветов — только несколько дней,

      И мне в этой вечности тесно:

      Среди молчаливых цветущих огней

      Мне скучно и неинтересно.

 И вот житель леса уж в вазе стоит,

 Смирившись с такой судьбою.

 В глаза с удивлённым укором глядит:

"Зачем я пошёл за тобою?".

 

                         *  *  *

Ничто так не печалит, не гнетёт,

Как холод в мае после жарких дней,

Когда апрель принёс нам в свой черёд

Тепло в салюте солнечных огней.

      И вдруг всё это словно утекло:

      Май манит обольщением своим,

      Бросает град в оконное стекло

      И каплями дождя играет с ним.

Луч солнца только промелькнёт едва,

И заряжает дождь, как в октябре:

Ах, если б не зелёная листва,

Казалось бы, что осень на дворе.

      Леса надели летний свой наряд,

      Шумят-гудят в ответ семи ветрам.

      Недаром же в народе говорят:

      Пахать в рубахах — сеять в шубах нам.

Но дождь — благословение полям —

Крестьянам обещает урожай:

Год хлебородный майским холодам

Обязан, потому их уважай.

 

                            *  *  *

Я плохая хозяйка: мне скучно и жалко

Захламлять свои дни накопительством благ

И работать для денег, порой из-под палки,

И деньгам подчинять каждый день свой и шаг.

Я и не претендую на званье матроны:

Не освоить мне будет искусства её.

Веский груз дорогой и тяжёлой короны

Беспощадно раздавит созданье моё.

О своём благоденствии тщётно радея,

Становлюсь я рабыней своей же судьбы —

Мне б поверить в священность огня Прометея,

Упразднённую нами ценою борьбы.

Хорошо, что деревья такие большие:

Можно слушать в их кронах рассказы дождей,

Можно верить, что в них духи древности живы,

И они нам поведают тайны вождей:

Тех, что правили миром в те дни, когда мифы

Были правдой и явью на этой земле:

Их хранили в преданьях и греки, и скифы,

Не смущаясь божественной их кабале.

В тех веках было запросто встретить дракона,

Иль с богами любую беседу вести

И, пытаясь оспорить их право закона,

Понимать, что нам небо нельзя провести.

Лучше небу служить, чем вещам и машинам —

И платить им за это свободой своей,

Доверяя желанья как сказочным джиннам,

Зная, что человек их безмерно слабей.

 

                 *  *  *

Над миром небо рушится

Кусками снега в мае,

И вертится, и кружится,

Себя не понимая.

      Снег сыплется, град падает —

      Неясно время года:

      Детей всегда лишь радует

      Такая непогода.

Когда-нибудь изменится

Всё то, что так непрочно,

Но никуда не денется

Весна — я знаю точно.

      Она одна останется

      Незыблемой царицей,

      И с миром не расстанется,

      А будет вечно длиться.

 

                  *  *  *

Рано утром в росах травы,

За окном звенит коса,

Сквозь листву лесной державы

Льются птичьи голоса.

      Наполняет мир дыханьем

      Свежим песня соловья,

      И весёлым стрекотаньем

      Вторят все его друзья.

Вылез сонный шмель в тельняшке

Из раскрытого цветка,

Незабудки и ромашки

Кружат возле василька.

      Наблюдаю лишь минуту

      Утро летнее в окне,

      И заснув, я думать буду,

      Что приснилось это мне.

Начинается суббота —

День седьмой пришёл опять:

Позабыв про все заботы,

До полудня можно спать.

 

                   *  *  *

Лето медленно, но уходит

В бессловесных вспышках зарниц,

В освежённом росой восходе

И в ночном молчании птиц.

      Я хватаю его руками

      За невидимое крыло,

      Я кричу: "Оставайся с нами,

      Подари нам навек тепло!"

Только всё должно завершиться:

Август нам принесёт покой,

Выходя за свои границы

Золотой осенней порой.

      С каждым днём солнце будет ниже

      Проходить в своём вираже,

      Станет мир серьёзней и тише,

      Сохраняя огонь в душе.

 

             *  *  *

Маятник качается:

Солнце и Луна

В небесах встречаются,

А Земля — одна.

      Стала третьей лишнею

      Между двух огней,

      Волею Всевышнего

      Мы живём на ней.

В ликах звёзд светящихся

Места жизни нет,

Греет мир наш мчащийся

Отражённый свет.

 

                   *  *  *

Открытые святые небеса —

В них так легко смотреть перед восходом.

И остаются вместе год за годом

И небо синее, и синие глаза.

      А над Невой дождливая слеза

      Дрожит в сыром и слякотном эфире,

      И не найти нигде в огромном мире

      И небо серое, и серые глаза.

Закрыло солнце тучная гроза,

Рокочет увертюру перед гимном.

Друг в друге отражаются взаимно

И небо чёрное, и чёрные глаза.

      Там, где ещё остались образа,

      Глядят на мир чарующие очи:

      Их освещают слабо светом ночи

      И небо звёздное, и звёздные глаза.

 

                  *  *  *

Могу писать неинтересно

Нравоучения в тоске:

Амбициозно, зло и пресно —

Так пишут пальцем на песке.

      А научиться бы азарту

      И искромётному письму,

      И не лениться вновь за парту

      Сесть, вопрошая: "Почему?"

Вновь стать ребёнком-почемучкой,

Вопросы важные задав,

И не бояться детской ручкой

Учёных дёргать за рукав.

 

      ЩЕНОК

Коготками лапки

По полу: цок-цок,

Уместился в тапке

Маленький щенок.

      Круглый и пушистый

      Беленький комок

      Приютился быстро

      У хозяйских ног.

Посмотрел серьёзно,

Жалобно издав —

Тоненько, но грозно —

Первое "гав-гав".

     "Вы не посмотрите,

      Что я ростом мал —

      В дом меня возьмите:

      Я давно мечтал.

Мне нужна хозяйка

Добрая, как ты.

Мне б кусочек сайки

И чуть-чуть воды.

      Вы мне дайте только

      Время подрасти:

      Стану выше в холке —

      Всех смогу спасти.

 Стану сильным зверем,

Лучшим из собак:

Не посмеет в двери

К вам ворваться враг.

      Дайте мне возможность

      Это доказать!

      Я скулю тревожно:

      Что ещё сказать?

Без невзгод и скуки

Станем дружно жить.

Дайте в лапу руку —

Будем же дружить!"

      Верно, что невзгоды

      Сразу все прошли,

      Как средь непогоды

      Мы щенка нашли.

 В бок уткнулся лайка —

 Кверху мокрый нос:

"Ты — моя хозяйка,

 Я — твой верный пёс!"

 

      НЕКРОФИЛИЯ

Нет сказа печальней на свете —

Ему подражать ты не смей, —

Когда нерадивые дети

Окрысились против семей.

      Они, как сектанты, забыли

      О родственных связях своих.

      Нам скажут: они так любили,

      Что мал им был мир для двоих.

И до сих пор живы Джульетты,

Ромео живут до сих пор,

И их воспевают поэты,

Нам чёрствость поставив в укор.

      Все эти Каренины Анны

      Под поезд зовут за собой,

      И верится всем беспрестанно:

      Нельзя ей остаться живой.

Угробила жизнь молодую,

Устроив из смерти спектакль.

Я, может быть, это толкую

Цинично, но верно. Не так ль?

      Возможно предостереженье

      Нам дали Шекспир и Толстой,

      К какому ведёт завершенью

      Погоня за страстью пустой.

Иль нравы минувшей эпохи

К ответу должны обязать:

Искали любого подвоха,

Чтоб кровью любовь доказать.

      В невестах ценилось жеманство,

      В мужчинах — гордыня и злость.

      Мир в грёзах погряз, словно в пьянстве —

      Не просто в нём людям жилось.

Но ныне — всё те же герои

Влюблённые намертво в смерть.

Талант в них есть: жизнь так устроить,

Чтоб шумно затем помереть.

      Любуясь своею кончиной,

      Находят в том больший экстаз.

      И этой нелепой картиной

      Искусство насилует нас.

Такая любовь к своей смерти

Диктуется, как образец

Любви настоящей — не верьте

Страстям нездоровых сердец.

 

                        *  *  *

Творить в соавторстве с природой,

Чей идеал несокрушим,

Творить с любовью и заботой —

Есть врачевание души.

      Души, уставшей от насилья

      Над деликатностью веков.

      Души, уставшей от бессилья

      Пред грубой силой дураков.

Мир техногенный впал в немилость,

Контакт с природой потеряв,

Хотя ему когда-то снилось,

Что можно жить, её поправ.

      В себе другое восприятье

      К живому надо воспитать,

      Чтоб снова в райские объятья

      Попасть и их не покидать.

 

                          *  *  *

Нового тысячелетия первое лето

Так же (как в прошлом) уходит на наших глазах,

И у ведущего поиск фатального света

Очи в восторженных и изумлённых слезах:

Как же так, люди? Казалось бы, что в новом веке

Будет иначе — по-новому — время идти:

Разум чистейший проснётся в любом человеке

И осознание каждым земного пути.

Но безалаберность наша осталась вся с нами,

Как на деревьях дремучих трухлявой корой:

Видимо, чтоб путешествовать в ногу с веками,

Миру совсем не к чему идеальный герой.

 

                    *  *  *

Поиски смысла, поиски истин,

Поиски жизни в жизни вела.

Цепкая память бродит за нами,

Жжёт или греет нас за дела.

      И ошибаясь, и спотыкаясь,

      И разбивая гордые лбы,

      Не научились — лишь огорчились,

      Что в этом мире мы так слабы.

Разворошили, переложили

Тысячи песен прошлых эпох.

И ураганом в новые страны

Мчится стихийный переполох.

 

                    *  *  *

Ветер, как варвар жестокий,

Тонкую рвёт паутину:

Он ведь такой одинокий

И не скрывает кручину.

      Осени штурм ежегодный

      Странной неведомой силы:

      Солнце и ветер холодный

      Рвутся сквозь окна в квартиры.

Осень сожжёт свои листья

Жёлтым огнём листопада.

Время сожжёт эти письма,

Хоть и прошу я: не надо.

      Мчатся сумбурные строки,

      Даже не зная откуда,

      Не претендуют в пророки,

      Скромно явив своё чудо.

 

                   *  *  *

Такая лень разлилась в доме,

Что пальцем не пошевелить.

Мы с ней давным-давно знакомы —

Она мне помогает жить.

      В окно стучится дождь осенний,

      Дверьми грохочут сквозняки,

      И медитация растений

      С ветвей роняет медяки.

Листва густая поредела:

Она казалась золотой,

Но всё со временем истлело,

Укрывшись дождевой водой.

      Вот так когда-то Атлантида

      Сомкнула водяную гладь,

      Пропав в пучине волн из вида,

      Как дядьки Черномора рать.

Она — всего одна загадка

Из тех великих тайн Земли,

Что нас так ветрено и шатко

К цивилизации вели.

 

                   *  *  *

Горизонт внезапно вспыхнул

Там, где прячется Восток,

И, как праздник, вновь возникнул

В атмосфере света ток.

      Солнце ярко-алой лентой

      Проложило выход свой:

      С золотистым позументом

      Небеса над головой.

Он растаял, словно птица,

За текучей синевой.

Завтра снова повторится

Это чудо над землёй.

      Каждодневный выход солнца

      Перестал нас удивлять,

      Но как чудно из оконца

      Наблюдать его опять.

 

                    *  *  *

А что тут скажешь, если небо

Совсем нам не благоволит:

Мы ищем в нём знаменья слепо —

Оно лишь грозами горит.

      И сколько раз такое было,

      Но я поверить не могла,

      Что небо обо мне забыло,

      И туча свет заволокла.

За неисполненные грёзы

Кричим как дети на него,

Дождь заменил нам наши слёзы —

Сквозь них не видно ничего.

      В надежде тянем к небу руки

      И ждём награды каждый раз

      За нами созданные муки,

      Но жизнь одёргивает нас.

 

                  *  *  *

Над землёй гуляют ураганы,

Словно бы живые существа.

В них вплелись людей самообманы,

Их плоды слепого хвастовства.

      Грозные воздушные потоки

      Беспокойно ищут свой простор,

      И сбивают путников с дороги,

      Затевая с ними разговор.

Ветер — это вечное движенье,

Вечный необузданный протест.

Это наших дум отображенье:

Им, как ветру, не грозит арест.

 

                  *  *  *

Как поздно всходит Солнце —

Мне грустно без него:

Пока темно в оконце —

Не в радость ничего.

      Но скоро свет далёкий

      На лето повернёт,

      Зима мороз жестокий

      Под Рождество ввернёт.

А мне мороз — не горе:

Я рада, что нет туч,

И ярко в снежном море

Играет Солнца луч.

      И Новый год недаром

      Мир празднует в те дни,

      Когда с растущим жаром

      Нам Солнце шлёт огни.

День снова нарастает,

Тревоги все ушли,

И в Космос улетает

Депрессия Земли.

 

                   *  *  *

Когда в душе полнейший хаос,

Тогда вокруг царит бедлам,

И всё пространство словно сжалось.

И раздражает шум и гам.

      И неприветливые лица

      Повсюду видишь без конца,

      И им никак не измениться,

      Как слепкам с твоего лица.

И я не знаю, что поможет

Порядок в мыслях навести,

Чтоб мир преобразился тоже,

Чтоб нам шагать, а не брести.

 

                      *  *  *

Прошлое горе как вязкая масса

Людям мешает парить над судьбой:

Жизнь в ожиданьи прошедшего часа

Нас приведёт к нему новой тропой.

      Больше не верю я в прелесть печали:

      Мне удалось её всё же изжить.

      В каждом пути есть ошибки в начале —

      Не позволяй им всю жизнь исказить.

 

                  *  *  *

Мы — дети железного века

Покинули век золотой,

Забыли про суть человека,

Рассорившись сами с собой.

      И как беспризорные дети

      По миру блуждаем теперь,

      И ждём, что хоть кто-то на свете

      Нам вдруг распахнёт свою дверь.

И в этом мы видим награду

И смысл жизни бренной такой,

Хоть знаем: не это нам надо,

А если и надо — на кой?

      И смутная память о рае

      Терзает нас часто во сне,

      И мы уже слёз не скрываем

      О вечно прекрасной весне.

 

      РЕМОНТ

Сколько тайн хранится в старых стенах

Под слоями выцветших обоев:

Там вся информация, как в генах,

Выдаётся нам без перебоев.

      Я, как археолог, беспощадно

      Отдираю их проклеенную жёсткость:

      Что же так становится отрадно,

      Хоть и мусора в квартире — пропасть?

И по их фрагментам вспоминаю,

Что казалось навсегда забыто:

Их рисунок заново читаю,

Будто в нём всей жизни тайна скрыта.

      Эти неказистые узоры,

      Купленные в годы дефицита,

      Записали наши разговоры,

      Страсти те, что утекли сквозь сито.

Как змея, расставшись с кожей прежней,

Стены ожидают обновленья,

И осенний воздух стал как вешний,

И прекрасно каждое мгновенье.

 

           *  *  *

С ума сошёл ветер —

Всё дует и дует!

Взъерошенный вечер

С ним дико танцует.

      Циклон за циклоном

      Земные покровы

      Смешал с небосклоном

      Свинцово-суровым.

Когда же ты сменишь

Своё направленье?

Куда тебя денешь —

Нам нет избавленья!

      Пусть вой твой ужасный

      Сон крепкий навеет:

      Ум снова бесстрастный,

      А сердце всё верит.

 

                           *  *  *

Кто-то измучился от одиночества,

Кто-то мечтает от близких избавиться,

Кто-то не знает, чего ему хочется,

Кто-то желает всем людям понравиться.

      Несовершенство души человеческой,

      Незавершённость работы божественной...

      Словно дитя без опеки отеческой,

      Жизнь превратилась в бесцельное шествие.

То кочевряжится, кружится, мечется,

То марширует шагами серьёзными,

И, надо думать, уже не излечится

В тщетной погоне за далями звёздными.

 

                     *  *  *

Хорошо, когда всё работает:

Ноутбук, телефон, часы;

Всё вращается, дверью хлопает,

Дышит, словно после грозы.

      С батарейкой игрушка весело

      Головой кивает тебе,

      И при этом мурлычет песенку

      О своей счастливой судьбе.

Но садятся аккумуляторы,

И затишье пугает вдруг —

Они словно манипуляторы:

Ты без них уже как без рук.

      Словно сердце вдруг остановится,

      И его никак не включить —

      Даже страшно тогда становится:

      Просто хоть караул кричи!

 Дайте мне энергоносители —

 Не могу я без них прожить:

 Средь машин мы всего лишь зрители,

"Два плюс два" без них не решить.

      Вот уже давление прыгает —

      Век живи в таком шантаже.

      Пусть всё вновь мигает и тикает

      В электронной славной душе.

 

                            *  *  *

Здесь вам не Канары, здесь климат иной:

Кроваво-морозное солнце;

Подснежники вылезут поздней весной

И с холодом будут бороться.

      Здесь ранний закат, очень поздний восход,

      А небо — взгляд гипнотизёра.

      Дыхание Севера снова грядёт,

      Тонируя стёкла узором.

 

                       *  *  *

Нет ничего слаще запаха этого:

Запаха первой весенней листвы

Мая, поэтами всеми воспетого

В силу волшебной его красоты.

      Влагу собрал у тумана промозглого,

      Дымом по веткам блестящим парит —

      Лучше любого парфюма заморского

      Сердце живое собой покорит.

Изредка солнце сквозь тучи таращилось,

Но вот иная пора началась:

Юной листвой незаметно украсилась

Наша навек непролазная грязь.

      От аромата смолистого, терпкого

      Кружит мне голову радостный вдох;

      Вышла природа из траура ветхого...

      Всё это выдумать мог только Бог!

 

                      *  *  *

Кроны яблонь цветущих звенят

От труда неустанного пчёл —

Кот соседский по кличке Пират

Обстоятельство это учёл.

      Он хотел по ветвям в гости к нам

      Перебраться, минуя забор,

      Но вот пчёлы прильнули к цветкам

      И заполнили гулом весь двор.

Изменил свои планы Пират:

Он с сарая в траву сиганул

И без лишних энергозатрат

Под забором в наш двор прошмыгнул.

      Заходи в гости к нам, мудрый зверь,

      Каждый здесь — твой товарищ и друг!

      И мы слушаем вместе теперь,

      Как шумят кроны яблонь вокруг.

 

                 *  *  *

Маленькое сердце в часах

Трогательно трудится весь день

Лишь за совесть, а не за страх,

И ему не ведома лень.

      Тень небес на лике Земли —

      Отблеск солнечного огня

      Движется в веках, хоть умри,

      Разделив мгновения дня.

Так по кругу бегает тень...

Маленькое сердце в часах

Трогательно трудится весь день,

Как и Солнце на небесах.

      Время изобрёл Человек,

      И его не остановить,

      А Земля ведёт свой пробег —

      Это позволяет ей жить.

Так по циферблату бегут

Стрелки беспокойных часов,

Наши жизни за собой влекут

В вечное своё колесо.

      Во Вселенной камень любой

      Мчится по орбите своей,

      Каждая звезда за собой

      Тянет хвост спрессованных дней.

Мы от Солнца прячемся в тень,

Потому что уж круги в глазах...

Трогательно трудится весь день

Маленькое сердце в часах.

 

      РИФМОВАННЫЕ ТАНКИ

Вслед листья шуршат,

Словно шлейф по асфальту.

Заброшенный сад

Взялся складывать смальту

В непонятную карту.

      Хотел дождь залить

      Этим летом всю землю.

      Его ль нам винить?

      Шуму капель я внемлю,

      Всё на свете приемлю.

А ветер сменил

Восемь раз направленье:

Собой учудил

В листопаде смятенье —

Замер лишь на мгновенье.

      И в этот момент

      Вижу вишни-рубины —

      Сквозь них льётся свет...

      Гроздья красной рябины

      Снегирями любимы.

 Один вон сидит

 Крупным яблоком красным.

 Ворона твердит

 Хриплым басом ужасным:

"Мир остался прекрасным".

 

                     *  *  *

 Бог повернулся к миру задом,

 Устав от глупости людской:

"Ну что ещё вам, люди, надо?!

 Какого цвета шоколада? —

 Он вопрошает нас с тоской.

      А мы не знаем, что нам надо,

      Не знаем, что ещё хотеть:

      С Землёю нам уже нет слада —

      Душа тут ничему не рада —

      На Марс желаем полететь!

 

                          *  *  *

Мир лихорадочно борется с возрастом —

Старость и вовсе теперь вне закона:

К верной удаче морщинные борозды —

Самая главная нынче препона.

      В жизни страшнее уж нет преступления:

      Можно быть стервой, но без целлюлита.

      К цели идти без особого рвения —

      Только б избавиться от простатита.

Женщинам многое нынче прощается:

Пошлость и грубость, распущенность тоже,

Но с сединою ходить воспрещается

И с неподтянутой дряблою кожей.

      Не доживают мужчины до пенсии:

      Мрут, словно мухи к зиме, год от году,

      Но ведь добились высокой потенции

      В позе любой и в любую погоду!

Омоложению жизненной дряхлости

Старость духовная всё ж не подвластна:

Выступит тлен маскированной затхлости —

Только гармония вечно прекрасна.

 

      ЦАРЬ ПРИРОДЫ

Я — царь природы! Я её могу

Облагородить и... согнуть в дугу!

Повелеваю рекам я течь вспять,

Чтоб, наконец, она могла понять,

Что я есть царь её, и что лишь захочу,

То непременно и наворочу.

Но вот с недавних пор земной свой дом

Стал узнавать я, кажется, с трудом.

Идей перенасыщенный раствор

В моём мозгу теснится с давних пор:

Что, если нам рожать своих детей

Без женщин и любви за девять дней,

Иль вырастить лимоны на дубах,

Или верблюда о пяти горбах...

Зачем всё это — сам не знаю я:

Хоть чем-то надо мне занять себя.

Мне скучно, бес! Мне очень скучно, бес:

Я сжёг и вырубил уже почти весь лес,

А на душе — всё та же пустота,

И каждый день уходит красота

Неуловимая, как ранняя весна,

И даль от смога больше не ясна.

Брожу в тоске, как одинокий зверь,

Боюсь себе подобных я теперь.

Природа не заплачет обо мне,

Когда весь род исчезнет мой в огне.

Как мне понять: разумная ль я тварь,

Кто я на самом деле — раб иль царь?

Раб, оказавшийся у власти — это крах:

Его на троне держит только страх,

Который он внушил всему вокруг...

Я не хочу царём твоим быть!

                                         Я — твой друг.

 

                      *  *  *

 Зима как весна, весна как зима —

 Природа сошла с ума!

 Вместо осени — лето, а лето как осень:

 Из-за туч ноябрьских — июльская просинь.

 У планеты сбитой с орбиты

 Перепутались полюса:

"Вот вам, люди, теперь мы квиты", —

 Говорит она нам в глаза.

 А я так хочу, чтобы лето

 Было летом, а ни чем-то иным,

 Чтобы осень была одета

 Не серебряным, а золотым.

 Я хочу, чтоб метель заметала

 Подгнивающий листьев ковёр,

 Чтобы я в Новый год мечтала,

 Глядя сквозь морозный узор

 На стекле, за которым будут побеги,

 По весне на деревьях. Хочу я вновь

 Чтоб ручьи подрывали власть снега,

 Чтобы воздух весенний пьянил кровь!

"Ты так много хочешь! — воскликнет природа. —

 Я не в силах желанья твои исполнять:

 Трудно мне год от года блюсти время года...

 Чтобы что-то требовать, надо что-то дать".

 Ну, а что я могу дать природе,

 Кроме этих странных стихов?

 Новая эпоха на подходе

 Тёплых зим, летних холодов.

Горская Н.В.

 

 

ГЛАВНАЯ

ПРОЗА

ПОЭЗИЯ

ГРАФИКА

ДЕТСКАЯ

ФОРУМ